Изба русская снаружи


ПРЕМУДРОСТИ, ТАЙНЫ И СЕКРЕТЫ РУССКОЙ ИЗБЫ

Секреты русской избы и ее таинства, маленькие премудрости и традиции, основные правила в постройке русской избы, приметы, факты и история возникновения «избушки на курьих ножках» — обо всем очень кратко.

Общепризнанный факт, что наиболее экологичные и подходящие для проживания человека дома могут быть построены только из дерева. Дерево — самый древний строительный материал, подаренный нам самой совершенной лабораторией на Земле — Природой.

В помещениях деревянного строения влажность воздуха всегда оптимальна для жизнедеятельности человека. Уникальная структура древесного массива, состоящая из капилляров, впитывает лишнюю влагу из воздуха, а при излишней сухости отдает ее в помещение.

Срубы обладают природной энергетикой, создают в избе особый микроклимат, обеспечивают естественную вентиляцию. От деревянных стен веет домовитостью и покоем, они защищают летом от жары, а зимой от морозов. Дерево отлично удерживает тепло. Даже в трескучий мороз стены деревянного сруба теплые внутри.

Каждый, кто хоть раз побывал в настоящей русской избе, никогда не забудет её чарующий благостный дух: тонкие нотки древесной смолы, аромат свежеиспеченного хлеба из русской печи, пряность лечебных трав. Благодаря своим свойствам, дерево нейтрализует тяжелые запахи, озонируя воздух.

Прочность древесины зарекомендовала себя веками, ведь срубы, построенные нашими прапрадедами ещё в 16-17 веке, стоят до наших дней.

И неспроста, что интерес к деревянному строительству возникает снова и разрастается с невероятной быстротой, завоёвывая всё большую популярность.

Итак, маленькие премудрости, тайны и секреты русской избы!

Название русского дома «изба» происходит из древнерусского «истьба», что означает «дом, баня» или «истобка» из «Повести временных лет…». Древнерусское наименование деревянного жилища уходит корнями в праславянское «jьstъba» и считается заимствованным из германского «stubа». В древненемецком «stubа» означала «теплое помещение, баня».

При строительстве новой избы наши предки соблюдали правила, выработанные веками, ведь возведение нового дома — это знаменательное событие в жизни крестьянской семьи и все традиции соблюдались до мелочей. Одним из главных заветов предков был выбор места для будущей избы. Новая изба не должна строиться на месте, где когда-то было кладбище, дорога или баня. Но в то же время желательно было, чтоб место для нового дома уже было обжитым, где проходила жизнь людей в полном благополучии, светлым и на сухом месте.

Главным инструментом при постройке всех русских деревянных сооружений был топор. Отсюда говорят не построить, а срубить дом. Пилу стали применять в конце XVIII в., а в некоторых местах с середины XIX в.

Первоначально (до X века) изба представляла собой бревенчатое строение, частично (до трети) уходящее в землю. То есть выкапывалось углубление и над ним достраивалась в 3—4 ряда толстых бревен. Таким образом, сама изба представляла собой полуземлянку.

Двери изначально не было, её заменяло небольшое входное отверстие, примерно 0,9 метра на 1 метр, прикрываемое парой бревенчатых половинок, связанных вместе, и пологом.

Основное требование к строительному материалу было привычным — сруб рубился либо из сосны, ели или лиственницы. Ствол хвойных деревьев был высоким, стройным, хорошо поддавался обработке топором и в то же время был прочным, стены из сосны, ели или лиственницы хорошо сохраняли тепло в доме зимой и не нагревались летом, в жару, сохраняя приятную прохладу. Одновременно выбор дерева в лесу регламентировался несколькими правилами. Например, нельзя было вырубать больные, старые и высохшие деревья, которые считались мертвыми и могли, по поверьям, принести в дом болезни. Нельзя было вырубать деревья, росшие на дороге и у дорог. Такие деревья считались «буйными» и в срубе такие бревна, по поверью, могут выпадать из стен и придавливать хозяев дома.

Возведение дома сопровождалось рядом обычаев. Во время укладки первого венца сруба (закладного), под каждый угол подкладывали монетку или бумажную купюру, в другой кусочек шерсти от овцы или небольшой моток шерстяной пряжи, в третий подсыпали зерно, а под четвертый клали ладан. Таким образом, при самом начале возведения избы, наши предки делали такие обряды для будущего жилища, которые знаменовали его богатство, семейное тепло, сытую жизнь и святость в дальнейшей жизни.

В обстановке избы нет ни одного лишнего случайного предмета, каждая вещь имеет свое строго определенное назначение и освещенное традицией место, что является характерной чертой народного жилища.

Двери в избе делали как можно ниже, а окна располагали повыше. Так тепло меньше уходило из избы.

Русская изба была либо «четырехстенкой» (простая клеть), либо «пятистенкой» (клеть, перегороженная внутри стеной — «перерубом»). При строительстве избы к основному объему клети пристраивались подсобные помещения («крыльцо», «сени», «двор», «мост» между избой и двором и т. д.). В русских землях, не избалованных теплом, весь комплекс построек старались собрать вместе, прижать друг к другу.

Существовало три типа организации комплекса построек, составлявших двор. Единый большой двухэтажный дом на несколько родственных семей под одной крышей назывался «кошель». Если хозяйственные помещения пристраивались сбоку и весь дом приобретал вид буквы «Г», то его называли «глаголь». Если же хозяйственные пристройки подстраивались с торца основного сруба и весь комплекс вытягивался в линию, то говорили, что это «брус».

За крыльцом избы обычно следовали «сени» (сень — тень, затененное место). Их устраивали для того, чтобы дверь не открывалась прямо на улицу, и тепло в зимнее время не выходило из избы. Передняя часть здания вместе с крыльцом и сенями называлась в древности «всходом».

Если изба была двухэтажная, то второй этаж называли «поветью» в хозяйственных постройках и «горницей» в жилом помещении. Помещения же над вторым этажом, где обычно находилась девичья, назывались «теремом».

Дом редко строили каждый для себя. Обычно на строительство приглашался весь мир («обчество»). Лес заготовляли еще зимой, пока нет в деревьях сокодвижения, а строить начинали с ранней весны. После закладки первого венца сруба устраивалось первое угощение «помочанам» («окладное угощение»). Такие угощения — отголосок древних ритуальных пиров, которые проходили часто с жертвоприношениями.

После «окладного угощения» начинали устраивать сруб. В начале лета, после укладки потолочных матиц следовало новое ритуальное угощение помочанам. Затем приступали к устройству кровли. Дойдя до верха, уложив конек, устраивали новое, «коньковое» угощение. А уж по завершении строительства в самом начале осени — пир.

Демьянова уха. Художник Андрей Попов

В новое жилье первой должна войти кошка. На Севере Руси до сих пор сохраняется культ кошки. В большинстве северных домов в толстых дверях в сени сделано внизу отверстие для кошки.

В глубине избы располагался сложенный из камней очаг. Отверстия для выхода дыма не было, в целях экономии тепла дым сохранялся в помещении, а излишек выходил через входное отверстие. Курные избы, вероятно, внесли свой вклад в небольшую продолжительность жизни в старину (около 30 лет для мужчин): продукты горения дров являются веществами, вызывающими рак.

Полы в избах были земляные. Лишь с распространением на Руси пил и пилорам в городах и в домах помещиков стали появляться деревянные полы. Первоначально полы выкладывались из досок, изготовленных из колотых пополам бревен, либо из массивной толстой половой доски. Однако массово полы из досок стали распространяться лишь в XVIII веке, так как не было развито лесопильное производство. Лишь усилиями Петра I пилы и пилорамы стали получать распространение на Руси с издания петровского указа «О приучении дровосеков к распиловке дров» в 1748 году. Вплоть до ХХ века, полы в крестьянской избе были земляные, то есть выравненная земля просто утаптывалась. Иногда верхний слой мазали глиной, смешанной с навозом, что предотвращало образование трещин.

Бревна для русских изб готовили с ноября-декабря, подрубая стволы деревьев по кругу и давая им высохнуть на корню (стоймя) за зиму. Дорубали деревья и вывозили бревна еще по снегу до весенней распутицы. При рубке клети избы бревна укладывали северной более плотной стороной наружу, чтобы древесина меньше трескалась и лучше переносила воздействия атмосферы. По углам дома по постройке помещались монеты, шерсть и ладан для того чтобы обитатели его жили здоровыми в достатке и тепле.

До IX века окон в русских избах вообще не было.

До XX века окна в русских избах не открывались. Проветривали избу через дверь и дымник (деревянная вентиляционная труба на крыше). Ставни защищали избы от непогоды и лихих людей. Закрытое ставнями окно днем могло служить «зеркалом».

В старину ставни были одностворчатыми. Двойных рам в старину тоже не было. Зимой для тепла окна закрывались снаружи соломенными матами или просто заваливались копнами соломы.

Многочисленные узоры русской избы служили (и служат) не сколько украшению, сколько защите дома от злых сил. Символика сакральных изображений пришла с языческих времен: солнечные круги, громовые знаки (стрелы), знаки плодородия (поле с точками), конские головы, подковы, хляби небесные (разнообразные волнистые линии), плетения и узлы.

Изба устанавливалась прямо на грунт или на столбы. Под углы подводились дубовые колоды, большие камни или пни, на которых и стоял сруб. Летом под избой гулял ветер, просушивая снизу доски так называемого «черного» пола. К зиме дом обсыпали землей или устраивали из дёрна завалинку. Весной завалинка или обваловка в некоторых местах раскапывалась для создания вентиляции.

«Красный» угол в русской избе устраивался в дальнем углу избы, с восточной стороны по диагонали от печи. Иконы помещались в божницу в «красный» или «святой» угол комнаты с таким расчётом, чтобы входящий в дом человек сразу их видел. Это считалось важным элементом защиты дома от «злых сил». Иконы должны были обязательно стоять, а не висеть, так как почитались «живыми».

Больной муж.1881 год? Художник Максимов Василий

Возникновение образа «Избушки на курьих ножках» исторически связывается с деревянными срубами, которые в древности на Руси ставились на пеньки с обрубленными корнями, чтоб предохранить дерево от гниения. В словаре В. И. Даля сказано, что «куръ» — это стропила на крестьянских избах. В болотистых местах избы строили именно на таких стропилах. В Москве одна из старинных деревянных церквей называлась «Никола на курьих ножках», поскольку из-за болотистости местности стояла на пеньках.

В древние времена существовал погребальный обряд, включающий в себя обкуривание ножек «избы» без окон и дверей, в которую помещали труп.

Избушка на курьих ножках в народной фантазии была смоделирована по образу славянского погоста-маленького домика мертвых. Домик ставился на опоры-столбы. В сказках они представлены как куриные ножки тоже не случайно. Курица-священное животное, непременный атрибут многих магических обрядов. В домик мертвых славяне складывали прах покойного. Сам гроб, домовина или погост-кладбище из таких домиков представлялись как окно, лаз в мир мертвых, средство прохода в подземное царство. Вот почему наш сказочный герой постоянно приходит к избушке на курьих ножках-чтобы попасть в иное измерение времени и реальность уже не живых людей, а волшебников. Другого пути туда нет.

Курные избы просуществовали в российских деревнях вплоть до XIX века, встречались они даже и в начале XX века.

Лишь в XVIII веке и только в Санкт-Петербурге царь Пётр I запретил строить дома с отоплением по-чёрному. В других же населённых пунктах они продолжали строиться до XIX века.

Читайте также:

ЗНАЧЕНИЕ СЛОВА «ОКОЛИЦА»

РУССКИЕ ПОСЛОВИЦЫ И ПОГОВОРКИ: ЗНАЧЕНИЕ И СМЫСЛ

СВАДЕБНЫЕ ОБРЯДЫ НА РУСИ: ОТ СВАТОВСТВА ДО КРАСНОГО СТОЛА

moiarussia.ru

Русская изба и ее виды

ИЗБА — крестьянский срубный дом, жилое помещение с русской печью. Слово «изба» употреблялось только по отношению к дому, рубленному из дерева и расположенному в сельской местности. Оно имело несколько значений:

  • во-первых, изба — это крестьянский дом вообще, со всеми надворными постройками и хозяйственными помещениями;
  • во-вторых, это только жилая часть дома;
  • в-третьих, одно из помещений дома, отапливаемое русской духовой печью.

Статья по теме: Устройство правильной русской избы

Слово «изба» и его диалектные варианты «ыстьба», «истьба», «истоба», «истобка», «истебка» были известны еще в Древней Руси и использовались для обозначения помещения. Избы рубили топором из сосны, ели, лиственницы. Эти деревья с ровными стволами хорошо ложились в сруб, плотно примыкая друг к другу, удерживали тепло, долго не гнили. Из этого же материала делали пол1 и потолок. Оконные и дверные колодки, двери обычно изготавливали из дуба. Другие лиственные деревья использовали при строительстве изб довольно редко — как по практическим соображениями (кривые стволы, мягкая, быстро загнивающая древесина), так и по мифологическим.

Например, для сруба нельзя было брать осину, потому что на ней, по поверью, удавился Иуда, предавший Иисуса Христа. Строительная техника на огромных пространствах России, за исключением ее южных районов, была совершенно одинакова. В основе дома лежал прямоугольный или квадратный сруб размером 25—30 кв. м, составленный из горизонтально положенных одно на другое круглых, очищенных от коры, но неотесанных бревен. Концы бревен соединяли без помощи гвоздей разными способами: «в угол», «в лапу», «в крюк», «в охряпку» и т. п.

Между бревнами прокладывали для тепла мох. Крышу срубного дома делали обычно двускатной, трехскатной или четырехскатной, а в качестве кровельных материалов использовали тес, дранку, солому, иногда камыш с соломой. Русские избы различались по общей высоте жилого помещения. Высокие дома были характерны для русских северных и северо-восточных губерний Европейской России и Сибири. Из-за сурового климата и сильной увлажненности почвы деревянный пол избы поднимали здесь на значительную высоту. Высота подклета, т. е. нежилого пространства под полом, варьировалась от 1,5 до 3 м.

Там же встречались и двухэтажные дома, хозяевами которых были богатые крестьяне и купцы. Двухэтажные дома и дома на высоком подклете строили и богатые донские казаки, которые имели возможность покупать строевой лес. Значительно более низкими и меньшими по размерам были избы в центральной части России, в Среднем и Нижнем Поволжье. Балки для пола тут врубались во второй — четвертый венец. В сравнительно теплых южных губерниях Европейской России ставили поземные избы, т. е. половицы пола укладывали прямо на землю. Изба состояла обычно из двух или трех частей: собственно избы, ceней и клети, связанных друг с другом в единое целое общей крышей.

Основной частью жилого дома была изба (называвшаяся в деревнях Южной России хатой) — отапливаемое жилое помещение прямоугольной или квадратной формы. Клеть представляла собой небольшое холодное помещение, использовавшееся в основном для хозяйственных целей. Сени были своего рода неотапливаемой прихожей, коридором, отделявшим жилое помещение от улицы. В русских деревнях XVIII — начала XX в. преобладали дома, состоявшие из избы, клети и сеней, но нередко встречались и дома, включавшие в себя только избу и клеть. В первой половине — середине XIX в. в деревнях стали появляться постройки, состоявшие из сеней и двух жилых помещений, одним из которых была изба, а другим — горница, использовавшаяся как нежилая, парадная часть дома.

Традиционный крестьянский дом имел множество вариантов. Жители северных губерний Европейской России, богатых лесом и топливом, строили для себя под одной крышей несколько отапливаемых помещений. Там уже в XVIII в. был распространен пятистенок, часто ставили избы-двойни, крестовики, избы с прирубами. Сельские дома северных и центральных губерний Европейской России, Верхнего Поволжья включали в себя множество архитектурных деталей, которые, имея утилитарное назначение, одновременно выполняли роль декоративного убранства дома. Балконы, галереи, мезонины, крыльца сглаживали суровость внешнего облика избы, срубленной из толстых, ставших серыми от времени бревен, превращая крестьянские избы в прекрасные архитектурные сооружения.

Такие необходимые детали конструкции крыши, как охлупень, подзоры, карнизы, причелины, а также наличники окон и ставни украшались резьбой и росписью, скульптурно обрабатывались, придавая избе дополнительную красоту и оригинальность. В мифологических представлениях русского народа дом, изба — это средоточие основных жизненных ценностей человека: счастья, достатка, покоя, благополучия. Изба защищала человека от внешнего опасного мира. В русских сказках, быличках человек всегда укрывается от нечистой силы в доме, порог которого они не в силах переступить. В то же время изба казалась русскому крестьянину жилищем довольно убогим.

Хороший дом предполагал не только избу, но и несколько горниц, клетей. Именно поэтому в русском поэтическом творчестве, идеализировавшем крестьянскую жизнь, слово «изба» употребляется для характеристики плохонького дома, в котором живут бедные люди, обделенные судьбой: бобыли и бобылки, вдовы, несчастные сироты. Герой сказки, заходя в избушку, видит, что в ней сидит «слепой старичок», «бабушка-задворенка», а то и Баба Яга — Костяная Нога.

ИЗБА БЕЛАЯ — жилое помещение крестьянского дома, отапливаемое русской печью с трубой — по-белому. Избы с печью, дым из которой при топке выходил через трубу, получили распространение в русской деревне довольно поздно. В Европейской России они стали активно строиться со второй половины XIX в., особенно в 80—90-х гг. В Сибири переход на белые избы произошел раньше, чем в европейской части страны. Они получили распространение там еще в конце XVIII в., а к середине XIX в. фактически все избы отапливались печью с трубой. Однако отсутствие белых изб в деревне вплоть до первой половины XIX в. не означало, что на Руси не знали печей с дымоходом.

При археологических раскопках в Великом Новгороде в слоях XIII в. в развалах печей богатых домов встречаются дымоходы из обожженной глины. В XV—XVII вв. в великокняжеских дворцах, хоромах бояр, богатых посадских людей имелись помещения, которые отапливались по-белому. До этого времени белые избы были лишь у богатых крестьян пригородных сел, занимавшихся торговлей, извозом, промыслами. А уже в начале XX в. только очень бедные люди топили избу по-черному.

ИЗБА-ДВОЙНЯ — деревянный дом, состоявший из двух самостоятельных срубов, плотно прижатых друг к другу боковыми сторонами. Срубы ставили под одной двускатной крышей, на высоком или среднем подклете. Жилые помещения располагали в передней части дома, сзади к ним пристраивали общие сени, из которых шли двери на крытый двор и в каждую из комнат дома. Срубы были, как правило, одинаковых размеров — по три окна на фасаде, но могли быть и разновеликими: одно помещение имело три окна на фасаде, другое два.

Установка двух срубов под единой крышей объяснялась как заботой хозяина об удобствах семьи, так и необходимостью иметь резервное помещение. Одно из помещений являлось собственно избой, т. е. теплой, отапливаемой русской печью комнатой, предназначенной для жизни семьи зимой. Второе помещение, называвшееся летней избой, было холодным и использовалось в летнее время, когда духота в избе, отапливаемой даже в жаркую пору, вынуждала хозяев перебираться в более прохладное место. В богатых домах вторая изба иногда служила парадным помещением для приема гостей, т. е. горницей или светёлкой.

В этом случае здесь ставили печь городского типа, которую использовали не для приготовления еды, а только для получения тепла. К тому же горница нередко становилась спальней для молодых брачных пар. А когда семья разрасталась, то летняя изба, после установки в ней русской печи, легко превращалась в избу для младшего сына, остававшегося и после женитьбы под отцовской кровлей. Любопытно, что наличие двух срубов, поставленных рядом, делало избу-двойню достаточно долговечной.

Две бревенчатые стены, одна из которых являлась стеной холодного помещения, а другая — теплого, поставленные с определенным промежутком, имели свое естественное и быстрое проветривание. Если бы между холодным и теплым помещениями была одна общая стена, то она конденсировала бы в себе влагу, способствующую ее быстрому загниванию. Избы-двойни строили обычно в местах, богатых лесом: в северных губерниях Европейской России, на Урале, в Сибири. Однако они встречались и в некоторых деревнях Центральной России у зажиточных крестьян, занимавшихся торговлей или промышленной деятельностью.

ИЗБА КУРНАЯ или ИЗБА ЧЁРНАЯ — жилое помещение крестьянского срубного дома, отапливаемое печью без трубы, по-черному. В таких избах при топке печи дым из устья поднимался наверх и выходил на улицу через дымовое отверстие в потолке. Его закрывали после протапливания доской или затыкали тряпками. К тому же дым мог выходить наружу через маленькое волоковое окно, вырезанное во фронтоне избы, если та не имела потолка, а также через открытую дверь. Во время топки печи в избе было дымно и холодно. Люди, находившиеся здесь в это время, вынуждены были сидеть на полу или выходить на улицу, так как дым ел глаза, забирался в гортань и нос. Дым поднимался вверх и зависал там плотным синим слоем.

От этого все верхние венцы бревен покрывались черной смолистой копотью. Полавочники, опоясывавшие избу над окнами, служили в курной избе для оседания сажи и не использовались для расстановки утвари, как это было в белой избе. Чтобы сохранить тепло и обеспечить быстрый выход дыма из избы, русские крестьяне придумали ряд специальных приспособлений. Так, например, многие северные избы имели двойные двери, выходившие в сени. Наружные двери, полностью закрывавшие дверной проем, открывали настежь. Внутренние, имевшие сверху довольно широкий проем, плотно закрывали. Дым выходил через верх этих дверей, а холодный воздух, шедший понизу, встречал на своем пути препятствие и не мог проникнуть в избу.

Кроме того, над дымовым отверстием потолка устраивали дымник — длинную вытяжную деревянную трубу, верхний конец которой украшали сквозной резьбой. Чтобы сделать жилое пространство избы свободным от дымового слоя, чистым от сажи и копоти, в некоторых районах Русского Севера избы делали с высокими сводчатыми потолками. В других местах России многие избы даже в начале XIX в. вообще не имели потолка. Стремлением вывести как можно скорее дым из избы объясняется и обычное отсутствие крыши в сенях.

Курную крестьянскую избу довольно мрачными красками описал в конце XVIII в. А. Н. Радищев в своем «Путешествии из Петербурга в Москву»: «Четыре стены, до половины покрытые, так как и весь потолок, сажею; пол в щелях, на вершок по крайней мере поросший грязью; печь без трубы, но лучшая защита от холода, и дым, всякое утро зимою и летом наполняющий избу; окончины, в коих натянутой пузырь смеркающийся в полдень пропускал свет; горшка два или три... Деревянная чашка и круш- ки, тарелками называемые; стол, топором срубленной, которой скоблят скребком по праздникам. Корыто кормить свиней или телят, буде есть, спят с ними вместе, глотая воздух, в коем горящая свеча как будто в тумане или за завесою кажется».

Однако следует заметить, что курная изба имела и ряд достоинств, благодаря которым она так долго сохранялась в быту русского народа. При отоплении беструбной печью нагревание избы происходило довольно быстро, как только сгорали дрова и закрывалась наружная дверь. Такая печь давала больше тепла, на нее шло меньше дров. Изба хорошо проветривалась, в ней не было сырости, а дерево и солома на крыше невольно дезинфицировались и дольше сохранялись. Воздух в курной избе, после ее протопки, был сухой и теплый.

Курные избы появились в глубокой древности и существовали в русской деревне вплоть до начала XX в. Их стали активно заменять на белые избы в деревнях Европейской России с середины XIX в., а в Сибири — еще раньше, с конца XVIII в. Так, например, в описании Шушенской волости Минусинского округа Сибири, сделанном в 1848 г., указывается: «Домов черных, так называемых изб без вывода труб, решительно нигде нет». В Одоевском же уезде Тульской губернии еще в 1880 г. 66% всех изб были курными.

ИЗБА С ПРИРУБОМ — деревянный дом, состоявший из одного сруба и пристроенного к нему жилого помещения меньшего размера под единой крышей и с одной общей стеной. Прируб могли ставить сразу же при возведении основного сруба или пристраивать к нему через несколько лет, когда появлялась необходимость в дополнительном помещении. Основной сруб был теплой избой с русской печью, прируб — летней холодной избой или помещением, отапливаемым голландкой — печью городского образца. Избы с прирубами строили главным образом в центральных районах Европейской России и в Поволжье.

Материал создан: 25.10.2015

Крестьянский русский быт на видео

iamruss.ru

Коло Рода

Давайте поговорим о старинной русской избе, или возьмем даже чуть шире – русском доме. Внешний его вид и внутреннее устройство – результат воздействия множества факторов, начиная с природных и заканчивая социальными и культурными. Крестьянское общество всегда было чрезвычайно устойчиво своей традиционностью быта и представлениями об устройстве мира. Даже находясь в зависимости от влияния властей (церковь, петровские реформы), русская народная культура продолжала свое развитие, венцом которого нужно признать формирование крестьянской усадьбы, в частности дома-двора с жилой старинной русской избой.

Русский дом остается для многих либо некоей аллегорией христианской Руси, либо избенкой в три окошка с резными наличниками. Экспонаты музеев деревянного зодчества почему-то не меняют этого устойчивого мнения. Может быть потому, что так никто внятно и не объяснил, — что же такое, собственно, старинная русская изба – в буквальном смысле?

Русская изба изнутри

Чужой человек осваивает жилище сначала снаружи, затем заходит внутрь. Свой – рождается внутри. Затем, постепенно расширяя свой мир,  доводит его до размеров нашего. Внешность для него – потом, внутренность – сначала.

Мы с Вами, к сожалению, там чужаки.

Итак, снаружи, старинная русская изба высока, велика, окна её малы, а расположены высоко, стены представляют могучий бревенчатый массив, не расчлененный цоколем и карнизами по горизонтали, лопатками и колоннами – по вертикали. Крыша щипцом вырастает из стены, сразу видно, что за «фронтоном» нет никаких привычных стропил. Коньком служит мощное бревно-охлупень с характерным скульптурным выносом. Детали немногочисленны, крупны, отсутствует обшивка, накладки. Из стен кое-где могут выступать отдельные торцы брёвен не совсем ясного назначения. Приветливой старинную русскую избу не назовешь, скорее, молчаливой, скрытной.

Сбоку к избе приставлено крыльцо, иногда высокое, столбовое, иногда низкое, невнятное. Однако, именно оно – и есть первый Кров, под который входит пришедший. А раз это первый кров, то, значит, и второй кров (сени) и третий кров (собственно изба) – лишь развивают идею крыльца – покрытого замощенного возвышения, спроецировавшего на себя Землю и Небеса. Крыльцо избы берет начало в первом святилище – постаменте под кроной священного древа и эволюционирует вплоть до царских сеней в Успенском соборе. Крыльцо у дома – начало нового мира, ноль отсчета всех его путей.

С крыльца внутрь сеней ведет невысокая широкая дверь в мощном косящатом обрамлении. Внутренние контуры его слегка округлы, что служит главным препятствием для нежелательных духов и нечистых в помыслах людей. Округлость дверного проема сродни круглоте Солнца и Луны. Замка нет, защелка, открывающаяся как изнутри, так и снаружи, — от ветра и домашнего скота.

Сени, на Севере именуемые мостом, – развивают мысль крыльца. Часто в них нет потолка, как прежде не было и в избе, — только кровля отделяет их от неба, только она осеняет их.

Сень – небесного происхождения. Мост – земного. Снова, как и в крыльце, Небо встречается с Землёй, а связуют их те, кто срубил старинную русскую избу с сенями, и те, кто живёт в ней – большая семья, ныне представленное среди живущих звено рода.

Крыльцо открыто с трёх сторон, сени закрыты с четырёх, света в них немного от волоковых (заволакиваемых досками) окон.

Переход из сеней в избу не менее ответственен, чем из крыльца в сени. Чувствуется, как нагнетается атмосфера…

Внутренний мир русской избы

Открываем дверь, пригибаясь, входим. Над нами низкий потолок, хотя это не потолок, а полати, – настил на уровне лежанки печи – для спанья. Мы в полатном куте. И можем обратиться к хозяйке избы с добрым пожеланием.

Полатный кут – притвор внутри русской избы. Туда может войти любой добрый человек без спроса, без стука в дверь. Полати одним краем опираются на стену прямо над дверью, другим – на полатный брус. За этот полатный брус гостю по его воле ходу нет. Только хозяйка может пригласить его войти в следующий кут – красный угол, к семейным и родовым святыням, сесть за стол.

Трапезная, освящённая святынями, вот что такое красный угол.

Так гость осваивает целую половину избы; однако во вторую, дальнюю половину (за пирожный брус) ему уже не зайти никогда, туда его хозяйка не пригласит, потому что вторая половина – главная священная часть русской избы – бабий и печной куты. Эти два кута аналогичны алтарю храма, да собственно это и есть алтарь с печью-престолом и ритуальными предметами: хлебной лопатой, помелом, ухватами, квашнёй. Там претворяются плоды земли, неба и крестьянского труда в пищу духовно-материального свойства. Потому что никогда для человека Традиции пища не была количеством калорий и набором консистенций и вкусов.

Мужская часть семьи в бабий кут не допускается, здесь всем верховодит хозяйка, большуха, постепенно обучая будущих хозяек священнодействию…

Мужики большую часть времени трудятся в поле, на лугу, в лесу, на воде, на отхожих промыслах. В доме место хозяина сразу при входе на лавке-конике, в палатном куте, либо за дальним от бабьего кута торцом стола. Он ближе к малым святыням красного угла, дальше от центра русской избы.

Место хозяйки в красном углу – за торцом стола со стороны бабьего кута и печи, — именно она жрица домашнего храма, она общается с печью и огнём печи, она заводит квашню и сажает в печь тесто, она вынимает его претворённым в хлеб. Именно она по смысловой вертикали печного столба – спускается через голбец (особая деревянная пристройка к печи) в подпол, который тоже именуется голбцом. Там, в голбце, в подклетном родовом святилище, месте обитания духов-охранителей, держат припасы. Там не так жарко летом, не так холодно зимой. Голбец сродни пещере – чреву Земли-Матери, из которого выходят, и в которое возвращаются тленные останки.

Хозяйка заправляет, хороводит всем в доме, она в постоянном общении с внутренней (избяной) Землёй (пол-мост избы, подпол-голбец), с внутренним небом (балка-матица, потолок), с Мировым Древом (печной столб), связующим их, с духами умерших (тот же печной столб и голбец) и, конечно, с нынешними живыми представителями своего крестьянского родового древа. Именно её безусловное лидерство в доме (и духовное, и материальное) не оставляет пустопорожнего времени мужику в русской избе, отсылает его за пределы домашнего храма, на периферию освещённого храмом пространства, к мужским сферам и делам. Если умна и крепка хозяйка (ось семьи), родо-семейное колесо крутится с желанным постоянством.

Устройство русской избы

Обстановка старинной русской избы полна ясного, незамысловатого и строгого значения. По стенам широкие и невысокие лавки, пять-шесть окон невысоко расположены над полом и ритмично освещают, а не заливают светом. Прямо над окнами сплошная полка-воронец. Выше – пять-семь нетёсаных прокопчённых венцов сруба, — здесь ходит дым во время топки чёрной печи. Для его удаления над дверью находится дымоволок, ведущий в сени, а в сенях пристроена деревянная труба-вытяжка, выносящая уже охлаждённый дым за пределы дома. Горячий дым экономично прогревает и антисептирует жилое помещение. Благодаря ему на Руси не было таких жестоких пандемий, как в Западной Европе.

Потолок из толстых и широких плах (полубрёвен), таков же пол-мост. Под потолком могучая балка-матица (иногда две или три).

На куты русская изба разделяется двумя брусьями-воронцами (полатным и пирожным), уложенными перпендикулярно на верхний срез печного столба. Пирожный брус тянется к передней стене избы и отделяет женскую часть избы (около печи) от остального пространства. Часто его используют для хранения выпеченного хлеба.

Существует мнение, что печной столб не должен обрываться на уровне воронцов, ему следует подниматься выше, под самую матицу; в этом случае космогония избы была бы полной. В глубине северных земель обнаружилось нечто подобное, только, пожалуй, ещё более значительное, статистически надёжно продублированное не один раз.

В непосредственной близости от печного столба, между пирожным брусом и матицей, исследователям встретился (почему-то никому дотоле не встречался) резной элемент достаточно ясного, и даже символического смысла.

Трёхчастность подобных изображений трактуется одним из современных авторов так: верхняя полусфера – это высшее духовное пространство (чаша «небесных вод»), вместилище багодати; нижняя – небесный свод, покрывающий Землю – наш видимый мир; среднее звено – узел, вентель, место расположения богов, контролирующих поступление благодати в наш нижний мир.

Кроме того, легко представить его как верхнюю (перевёрнутую) и нижнюю Берегиню, Бабу, Богиню с поднятыми руками. В среднем звене прочитываются привычные конские головы – символ солнечного движения по кругу.

Резной элемент стоит на пирожном брусе и именно подпирает матицу.

Таким образом, в верхнем уровне избяного пространства, в центре старинной русской избы, в самом значимом, ударном месте, мимо которого не пройдёт ни один взгляд, воочию воплощено недостающее звено – связь Мирового Древа (печного столба) и небесной сферы (матицы), причём связь в виде сложного глубоко-символичного скульптурно-резного элемента. Надо отметить, что он располагается сразу на двух внутренних границах избы – между обжитым относительно светлым низом и чёрным «небесным» верхом, а также между общей семейной половиной избы и запретным для мужчин священным алтарем – бабьим и печным кутами.

Именно благодаря этому запрятанному и очень вовремя нашедшемуся элементу можно выстроить ряд взаимодополняющих архитектурно-символических образов традиционных крестьянских культурных объектов и сооружений.

По своей символической сути все эти объекты – одно и то же. Однако, именно старинная русская изба – самый полный, самый развитой, самый углублённый архитектурный феномен. И теперь, когда, кажется, она полностью забыта и надёжно похоронена, снова настаёт её время. Настаёт Время Русского Дома – в буквальном смысле.

Курная изба

Надо заметить, что высшим образцом материальной народной культуры исследователями признаётся именно курная (чёрная, рудная) русская изба, в которой дым при топке печи поступал непосредственно в верхнюю часть внутреннего объёма. Высокий потолок трапециевидной формы позволял находиться в избе во время топки. Дым выходил из устья печи прямо в комнату, стелился по потолку, а затем опускался до уровня полок-воронцов и вытягивался через волоковое окошко, прорубленное в стене, соединенное с деревянным дымником.

Причин долгого бытования рудных изб несколько, и прежде всего, климатические условия — большая влажность местности. Открытый огонь и дым из печи пропитывали и просушивали стены сруба, таким образом, происходила своеобразная консервация древесины, поэтому век черных изб более длительный. Курная печь хорошо обогревала помещение и не требовала много дров. Была она удобна и для ведения хозяйства. Дым просушивал одежду, обувь и рыболовные сети.

Переход на белые печи принёс вслед за собой невосполнимую утрату в устройстве всего комплекса значимых элементов русской избы: понизился потолок, повысились окна, стали пропадать воронцы, печной столб, голбец. Единый зонированный объём избы начал дробиться на функциональные объёмы-комнаты. Исказились до неузнаваемости все внутренние пропорции, внешний вид и постепенно старинная русская изба прекратила своё существование, превратившись в сельский дом с интерьером, приближенным к городской квартире. Вся «пертурбация», фактически – деградация, произошла лет за сто, начавшись в XIX веке и завершившись к середине XX века. Последние курные избы, по нашим сведениям, переделывались в белые после Великой Отечественной войны, в 1950-е годы.

А как же быть теперь? Возврат к действительно курным избам возможен лишь как результат всемирной или национальной катастрофы. Однако, вернуть всю образно-символическую структуру избы, насытить ею русский загородный дом – можно и в условиях технического прогресса и всё увеличивающегося благосостояния «россиян»…

Для этого, собственно, надо лишь начать просыпаться ото сна. Сна, навеянного на элиту нашего народа как раз тогда, когда сам народ творил шедевры своей культуры.

По материалам журнала «Родобожие №7

Также вы можете почитать:

Когда стричь волосы ребенку?

Понравилась статья? Расскажите друзьям:

koloroda.ru

Русская изба: ковчег среди лесов

Утром светило солнце, да только воробьи шибко раскричались — верная примета к метели. В сумерках повалил частый снег, а когда поднялся ветер, запорошило так, что и протянутой руки не разглядеть. Бушевало всю ночь, и на следующий день буран не растерял силы. Избу замело до верха подклета, на улице сугробы в человеческий рост — не пройти даже к соседям, а за околицу села и вовсе не выбраться, но идти никуда особо и не нужно, разве что за дровами в сарай-дровяник. Припасов в избе хватит на всю зиму.

В подклете — бочки и кадушки с солёными огурцами, капустой, грибами и брусникой, мешки с мукой, зерном и отрубями для птицы и другой живности, на крючьях сало да колбасы, вяленая рыба; в погребе в бурты засыпаны картошка и прочие овощи. И на скотном дворе порядок: две коровы пережёвывают сено, которым до крыши завален ярус над ними, свиньи похрюкивают за загородкой, птица дремлет на насесте в выгороженном в углу курятнике. Прохладно здесь, но мороза нет. Сложенные из толстых брёвен, тщательно проконопаченные стены сквозняков не пропускают и сохраняют тепло животных, преющего навоза и соломы.

А в самой избе о морозе и вовсе не помнится — жарко натопленная печь остывает долго. Вот только детишкам скучно: пока буран не кончится, из дому поиграть, побегать не выйдешь. Лежат малыши на полатях, слушают сказки, что рассказывает дед…

Самые древние русские избы — до XIII века — строили без фундамента, почти на треть зарывая в землю, — так было проще сберечь тепло. Выкапывали яму, в которой принимались собирать венцы из брёвен. До дощатых полов было ещё далеко, и их оставляли земляными. На тщательно утрамбованном полу из камней выкладывали очаг. В такой полуземлянке люди проводили зимы вместе с домашней живностью, которую держали ближе к входу. Да, и дверей не было, а небольшое входное отверстие – только бы протиснуться — прикрывали от ветров и холодов щитом из полубрёвен и матерчатым пологом.

Прошли века, и русская изба выбралась из-под земли. Теперь её ставили на каменном фундаменте. А если на столбах-сваях, то углы опирали на массивные колоды. Те, кто побогаче, делали крыши из тёса, селяне победнее крыли избы щепой-дранкой. И двери появились на кованых петлях, и окошки прорубались, и размеры крестьянских строений заметно увеличились.

Лучше всего знакомы нам традиционные избы, какими они сохранились в сёлах России от западных до восточных пределов. Это изба-пятистенка, состоящая из двух помещений — сеней и жилой комнаты, или шестистенка, когда собственно жилое помещение делится ещё одной поперечной стеной на-двое. Такие избы ставили в деревнях вплоть до самого последнего времени.

Крестьянская изба Русского Севера строилась иначе.

По сути, северная изба — это не просто дом, а модуль полного жизненного обеспечения семьи из нескольких человек в течение долгой, суровой зимы и холодной весны. Этакий космический корабль на приколе, ковчег, путешествующий не в пространстве, а во времени — от тепла до тепла, от урожая до урожая. Человеческое жильё, помещение для скота и птицы, хранилища припасов — всё находится под одной крышей, всё под защитой мощных стен. Разве что дровяной сарай да амбар-сеновал отдельно. Так они тут же, в ограде, пробить к ним в снегу тропу нетрудно.

Северная изба строилась в два яруса. Нижний — хозяйственный, там скотный двор и хранилище припасов — подклет с погребом. Верхний — жильё людей, горница, от слова горний, то есть высокий, потому что наверху. Тепло скотного двора поднимается вверх, это люди знали с незапамятных времён. Чтобы попасть в горницу с улицы, крыльцо делали высоким. И, взбираясь на него, приходилось одолеть целый лестничный пролёт. Зато как бы ни навалил буран сугробы, вход в дом они не заметут. С крыльца дверь ведёт в сени — просторный тамбур, он же — переход в другие помещения. Здесь хранится разная крестьянская утварь, а летом, когда приходит тепло, в сенях спят. Потому что прохладно. Через сени можно спуститься на скотный двор, отсюда же — дверь в горницу. Только входить в горницу нужно осторожно. Для сохранения тепла дверь делали низкой, а порог высоким. Поднимай ноги повыше да пригнуться не забудь — неровён час набьёшь шишку о притолоку.

Просторный подклет находится под горницей, вход в него — со скотного двора. Делали подклеты высотой в шесть, восемь, а то и десять рядов брёвен — венцов. А начав заниматься торговлей, хозяин превращал подклет не только в хранилище, но и в деревенскую торговую лавку — прорубал на улицу окно-прилавок для покупателей.

Строили, впрочем, по-разному. В музее «Витославлицы» в Великом Новгороде есть изба внутри, как океанское судно : за уличной дверью начинаются ходы и переходы в разные отсеки, а чтобы в горницу попасть, нужно по лестнице-трапу взбираться под самую крышу.

В одиночку такой дом не построишь, потому в северных сельских общинах избу для молодых — новой семьи — ставили всем миром. Строили все селяне: вместе рубили и возили лес, пилили огромные брёвна, укладывали венец за венцом под крышу, вместе радовались построенному. Только когда появились бродячие артели мастеровых-плотников, строить жильё стали нанимать их.

Северная изба снаружи кажется огромной, а жилое помещение в ней одно — горница площадью метров двадцать, а то и меньше. Все там живут вместе, и старые и малые. Есть в избе красный угол, где висят иконы да лампадка. Здесь садится хозяин дома, сюда же приглашают почётных гостей.

Главное место хозяйки — напротив печи, называется кут. А узенькое пространство за печкой — закут. Отсюда и пошло выражение «ютиться в закутке» — в тесном углу или крохотной комнатушке.

«В горнице моей светло…» — поётся в популярной не так давно песне. Увы, долгое время это было совсем не так. Ради сохранения тепла окошки в горнице рубили маленькие, затягивали их бычьим или рыбьим пузырём либо промасленной холстиной, с трудом пропускавшими свет. Лишь в богатых домах можно было увидеть слюдяные окна. Пластинки этого слоистого минерала закрепляли в фигурных переплётах, отчего окно становилось похожим на витраж. К слову, из слюды были даже окошки в возке Петра I, который хранится в собрании «Эрмитажа». Зимой в окна вставляли пластины из льда. Их вырезали на замёрзшей реке или намораживали в форме прямо во дворе. Выходило светлее. Правда, готовить новые «ледяные стёкла» взамен тающих приходилось часто. Стекло появилось в Средние века, но как строительный материал русская деревня узнала его лишь в ХIХ столетии.

Долгое время в сельских, да, и в городских избах печи клали без труб. Не потому, что не умели или не додумались, а всё по тем же соображениям — как бы лучше сберечь тепло. Трубу как ни перекрывай заслонками, а морозный воздух всё равно проникает снаружи, выстуживая избу, и печь приходится топить гораздо чаще. Дым из печи попадал в горницу и выходил на улицу лишь через маленькие окошки-дымницы под самым потолком, которые открывали на время топки. Хотя печь топили  хорошо высушенными «бездымными» поленьями, дыма в горнице хватало. Оттого избы назывались чёрными или курными.

Печные трубы на крышах сельских домов появились только в XV—XVI веках, да, и то там, где зимы были не слишком суровыми. Избы с трубой именовались белыми. Но поначалу делали трубы не каменными, а сбивали из дерева, что нередко становилось причиной пожара. Лишь в начале XVIII века Пётр I специальным указом повелел в городских домах новой столицы — Санкт-Петербурга, каменных или деревянных, ставить печи с каменными трубами.

горшки на шостке

Позднее в избах зажиточных крестьян кроме русских печей, в которых готовилась еда, стали появляться привезённые в Россию Петром I печи-голландки, удобные своими небольшими размерами и очень высокой теплоотдачей. Тем не менее печи без труб продолжали класть в северных сёлах вплоть до конца XIX века.

Печь — самое тёплое спальное место — лежанка, принадлежащая по традиции самым старшим и самым младшим в семье. Между стеной и печью тянется широкая полка — полати. Там тоже тепло, поэтому на полати клали спать детей. Родители располагались на лавках, а то и на полу; время кроватей ещё не настало.

Почему детей на Руси наказывая, ставили в угол?

Что сам по себе на Руси означал угол? Каждый дом в старину был маленькой церковью, в котором имелся свой Красный Угол (Передний Угол, Святой Угол, Божница), с иконами. Именно в этот Красный Угол родители ставили своих детей чтобы они молились Богу за свои проступки и в надежде, что Господь сможет вразумить непослушного ребёнка.

Архитектура русской избы постепенно менялась и усложнялась. Жилых помещений становилось больше. Кроме сеней и горницы появилась в доме светлица — действительно светлое помещение с двумя-тремя большими окнами уже с настоящими стёклами. Теперь в светлице проходила большая часть жизни семьи, а горница выполняла роль кухни. Обогревалась светлица от задней стенки печи.

А зажиточные крестьяне делили обширный жилой сруб избы двумя стенами крест-накрест, разгораживая таким образом четыре комнаты. Даже большая русская печь обогреть всё помещение не могла, вот тут и приходилось ставить в самую дальнюю от неё комнату дополнительно печь-голландку.

Непогода бушует неделю, а под крышей избы её почти не слышно. Всё идёт своим чередом. У хозяйки хлопот больше всех: ранним утром подоить коров и насыпать зерна птицам. Потом распарить отруби для свиней. Воды принести из деревенского колодца — два ведра на коромысле, полтора пуда общим весом, да, и еду надо готовить, семью кормить! Детишки, понятно, помогают чем могут, так исстари повелось.

У мужчин зимой забот меньше, чем весной, летом и осенью. Хозяин дома — кормилец — трудится без устали всё лето от зари до зари. Пашет, косит, жнёт, молотит на поле, рубит, пилит в лесу, строит дома, рыбу добывает и лесного зверя. Как хозяин дома наработает, так и будет жить его семья всю зиму до следующей теплой поры, потому зима для мужчин — время отдыха. Конечно, без мужских рук в сельском доме не обойтись: починить то, что нуждается в починке, наколоть и принести в дом дров, почистить хлев, сделать сани, и устроить выездку лошадям, семью свозить на ярмарку. Да, в деревенской избе много дел, требующих крепких мужских рук и смекалки, что ни женщине, ни детям не по силам.

Срубленные умелыми руками северные избы стояли века. Сменялись поколения, а дома-ковчеги по-прежнему оставались надёжным убежищем в суровых природных условиях. Только могучие брёвна темнели от времени.

В музеях деревянного зодчества «Витославлицы» в Великом Новгороде и «Малые Корелы» под Архангельском есть избы, возраст которых перевалил за полтора столетия. Их разыскивали в заброшенных деревнях учёные-этнографы и выкупали у перебравшихся в города владельцев.

Потом бережно разбирали, перевозили на музейную территорию и восстанавливали в первозданном виде. Такими и предстают они перед многочисленными экскурсантами, приезжающими в Великий Новгород и Архангельск. ***

Клеть — прямоугольный однокомнатный бревенчатый дом без пристроек размером чаще всего 2×3 м.

Клеть с печкой — изба. Подклет (подклеть, подызбица) — нижний этаж здания, расположенный под клетью и используемый в хозяйственных целях.

Традиция украшать дома резными деревянными наличниками и другими декоративными элементами возникла в России не на пустом месте. Первоначально деревянная резьба, как и древнерусская вышивка, носила культовый характер. Древние славяне наносили на свое жилище языческие знаки призванные оберегать жилище, обеспечивать плодородие и защиту от врагов и природных стихий. Недаром в стилизованных орнаментах до сих пор можно угадать знаки обозначающие солнце, дождь, женщин воздевших руки к небу, морские волны, изображали животных — коней, лебедей, уточек или причудливое переплетение растений и диковинных райских цветов. В дальнейшем, религиозный смысл деревянной резьбы утрачивался, но традиция придавать различным функциональным элементам фасада дома художественный вид осталась до сих пор.

Практически в каждом селе, деревне или городе можно встретить удивительные образцы деревянного кружева, украшающего дом. Причем, в различных областях существовали совершенно различные стили деревянной резьбы для оформления домов. В одних районах используется преимущественно глухая резьба, в других скульптурная, но в основном, дома украшены прорезной резьбой, а также её разновидностью — резной декоративной деревянной накладной.

В старину, в различных районах России, и даже в разных деревнях резчики использовали определенные виды резьбы и элементов орнамента. Это хорошо заметно, если рассматривать фотографии резных наличников изготовленных в 19 и начале 20 веках. В одном селе традиционно использовали определенные элементы резьбы на всех домах, в другом селе мотивы резных наличников могли быть уже совсем другими. Чем дальше друг от друга находились эти населенные пункты, тем сильнее отличались по внешнему виду резные наличники на окнах. Изучение старинной домовой резьбы и наличников в частности, даёт этнографам много материала для изучения.

Во второй половине 20 века, с развитием транспорта, печати, телевидения и других средств коммуникации, орнаменты и виды резьбы, присущие ранее одному какому-либо региону, стали использоваться и в соседних сёлах. Началось повсеместное смешение стилей деревянной резьбы. Рассматривая фотографии современных резных наличников находящихся в одном населенном пункте можно удивляться их разнообразию. Может быть это и не так уж плохо? Современные города и посёлки становятся более яркими и неповторимыми. Резные наличники на окнах современных коттеджей часто вбирают в себя элементы лучших образцов деревянного декора.

Борис Руденко. Подробнее см.: http://www.nkj.ru/archive/articles/21349/ (Наука и жизнь, Русская изба: ковчег среди лесов)

Тайна архитектурных расчётов древнерусских зодчих.

«Мотивы русской архитектуры»

ru-sled.ru


Смотрите также